• Главная
  • Новости
  • Владимир Миклушевский: Я каждый день сталкиваюсь с новыми вызовами. ИНТЕРВЬЮ

Новости

Владимир Миклушевский: Я каждый день сталкиваюсь с новыми вызовами. ИНТЕРВЬЮ

15 мая 2017 года в 15:30

Приморский край, как и другие регионы, живет и развивается сегодня на фоне непростой экономической ситуации, сложившийся как в стране, так и в мире. Бюрократические процессы, препятствующие быстрой реализации госпрограмм, критика политических оппонентов, борьба с коррупцией – это и многое другое, с чем за пять лет губернаторства пришлось столкнуться Владимиру Миклушевскому. О том, каких результатов удалось достичь в ходе ежедневной борьбы за лучшую жизнь приморцев, какие изменения произошли в крае и о том, как снимать стресс глава региона рассказал в интервью генеральному директору ИА PrimaMedia Виктору Суханову.

Справочно: Владимир Миклушевский родился 15 сентября 1967 года в Свердловске в семье инженеров. В 1990 году Владимир Миклушевский окончил с отличием Московский институт стали и сплавов по специальности «Инженер-металлург». Во время обучения в вузе познакомился с будущей женой Ириной. В 1988 году в семье родился сын Дмитрий. 8 октября 2010 года по распоряжению председателя Правительства РФ Владимира Путина назначен ректором Дальневосточного федерального университета (ДВФУ). В 2012 году Президентом РФ назначен на пост Губернатора Приморского края. Полностью биографию Владимира Миклушевского можно посмотреть здесь.

 

О выборах, коррупции и фейках

– Первый вопрос касается праймериз Владивостока и вообще выборов. Последние дебаты участников праймериз среди кандидатов в Думу Владивостока состоялись 21 мая, за неделю до единого дня предвыборного голосования. Как вы сегодня оцениваете ход предвыборной кампании?

– Кампания по праймериз «ЕР» стартовала нормально, и она ожидается конкурентной. У нас будет 24 выборные территории, из них восемь – это выборы в думу муниципальных районов, городских округов. Довольно большое количество. Мы к этому готовы. Самое главное, на что нас ориентируют президент Владимир Путин и лидер партии «ЕР» Дмитрий Анатольевич Медведев, чтобы это были открытые, честные выборы. И я готов быть гарантом этих постулатов.

– Не секрет, что Владивосток – территория своеобразная. За контроль над Думой Владивостока у нас сегодня сражается несколько политических сил. Сюрпризов не ожидаете?

– Политика – это всегда конкуренция. Нужно просто демонстрировать свою правоту и уверенность, что и будет делать «Единая Россия» и кандидаты, которые выйдут с соответствующей программой партии. Что касается борьбы различных политических группировок, то она может быть разной. Бороться они имеют право, это законом о выборах предусмотрено. Но очень важно, чтобы мы не дали вернуться во власть тем людям, которые когда-то носили бандитские клички. Думаю, у нас избиратели – умные люди, они сами этого не хотят. Уверен, никто не хочет возврата 90-х.

– В прошлый раз мы встречались почти за год до выборов в парламент Приморья. Вы сказали, что он обновится примерно наполовину. В отношении Думы Владивостока какие прогнозы?

— Вы знаете, прогнозы – вообще дело неблагодарное. Когда я говорил об обновлении приморского парламента наполовину, я давал некую личную оценку, имел в виду, что любой законодательный орган должен иметь преемственность. Конечно, окончательное решение за избирателями. Кроме того, и в Заксобрании ПК, и в Думах Владивостока, Находки, Большого Камня и других выборных территорий есть уважаемые депутаты, которые работают не один созыв. Они — электоральные, за них голосуют люди. Они должны работать и дальше. Парламентаризм – это ведь тоже непростая работа. Она требует знаний, определенных навыков.

— Терпения...

— Терпения, безусловно. Консолидированной работы с исполнительной властью. Это целый набор качеств. Далеко не каждый человек способен не просто ими обладать, но и воспитать в себе такие качества. В то же время глубоко убежден, что должны работать социальные лифты для новых людей. Вот в чем смысл этой формулы 50/50. А уж как там будет – посмотрим.

– Как вы считаете, ваш прогноз прошлогодний оправдался в отношении Заксобрания?

– Практически на 100%. У нас из 40 депутатов 21 – новые, 19 – из прошлого созыва.

– А как сегодня складываются ваши взаимоотношения с Законодательным Собранием?

– Вы знаете, на мой взгляд, конструктивно. Даже не побоюсь добавить слово «очень». Кстати, с прежним созывом они были также конструктивными. На последнем заседании Законодательного Собрания края прошлого созыва я благодарил депутатов за совместную работу. В нашем парламенте место для дискуссий есть, и это хорошо.

– Хорошая отсылка к прошлому. Вот у нас есть чудесный город Находка. Последние года два его сотрясают различные скандалы. Опишите ваше понимание ситуации, что там происходит. Как из этой ситуации можно выйти?

– В Находке идет настоящая борьба кланов. Рано или поздно все равно закончится. В конечном итоге люди, которые идут во власть, должны наконец понять, что они идут работать не для того, чтобы карман себе набить, а для того, чтобы исполнять предвыборные обещания.

У нас 30-летие Совета ветеранов недавно было в Уссурийске. Очень ярко выступил Дмитрий Николаевич Григорович, председатель совета. Он сказал, что до тех пор, пока глава региона, главы муниципалитетов, поселений не поставят своей целью оставить след в истории, у нас каких-то положительных сдвигов происходить не будет. В Находке, надеюсь, это произойдет. След в истории – это решение тех вопросов, которые избиратели перед тобой поставят как перед политиком, а не набить себе карманы. Сейчас в стране очень широко развернулась кампания борьбы с коррупцией. Она касается всех уровней власти, любых чиновников.

– Я вам скажу, что мне этих чиновников искренне жаль.

– А почему жаль? Есть система координат, которая меняется в понятном направлении. Я глубоко согласен с линией Президента просто по одной причине. Очевидно, что государство, которое живет в коррупции, не способно к росту. Это показывает история очень многих стран. Если вы посмотрите, что происходит в соседнем Китае – увидите то же самое. Жесткая борьба с коррупцией. Те государства, которые демонстрируют или хотят демонстрировать хороший экономический рост, везде идет серьезная борьба с коррупцией. Я этой темы довольно часто касаюсь. Борьба с коррупцией связана и с неприятными моментами. Я отнюдь не радуюсь, когда кого-то за решетку сажают. Закон суров, но это закон. Ему надо следовать. И антикоррупционное законодательство в стране серьезно поменялось.

Сейчас все больше и больше понимание у действующих депутатов и будущих, что стремление прийти во власть для того, чтобы развить свой собственный бизнес, лично обогатиться за счет откатов, коррупционных схем и так далее, закончится печально.

Это все больше и больше осознают наши коллеги. Очень серьезная проверочная кампания идет и в отношении имущественных деклараций. Мы работаем совместно с прокуратурой, также в структуре Администрации Приморья создан антикоррупционный департамент. Кроме того, сейчас мне как Губернатору даны полномочия: в случае, если будут выявлены серьезные нарушения в декларациях глав муниципальных образований, депутатов любых уровней, выходить в суд или представительный орган с отстранением от должности. Этим правом я, безусловно, буду пользоваться.

– Теперь вопрос из медийной сферы. Новый тренд прошлого года и этого года – фейковые новости. Наверняка с ними сталкивались. Как вы к нему относитесь? Стоит ли с ними бороться? И что можно им противопоставить?

– Я отношусь к таким вещам спокойно. Такого рода нападкам подвергается любой публичный политик, начиная от главы государства. Эта «мода» пришла из-за рубежа. Это деструктивная вещь, но это данность, которая сопровождается развитием соцсетей. Я с этим не борюсь. Если обращать на это внимание, то работать будет некогда. Один дурак что-то ляпнул, а другие перепечатали, перепостили. Обидно другое: это дезинформирует общество, которое все эти фейки читает, уводит от нужного направления. Чаще всего это делается за деньги. И это тоже люди должны знать. Жаль, что серьезные издания берут эти новости из сети и, не проверяя, публикуют их. Обидно, они себя этим дискредитируют.

 

Работа по-партнёрски, или международное сотрудничество

– Приморье – приграничная территория. Оно связано добрососедскими отношениями политическими, экономическими с большим количеством стран. Недавно вы были на саммите губернаторов Юго-Восточной Азии, который проходил в Японии. Там обсуждали новые технологии в плане ликвидации ЧС. Что нового удалось там почерпнуть в общении с коллегами? Какие технологии удалось получить для использования в регионе?

– Прежде всего, мы констатировали факт, что количество природных катаклизмов, к сожалению, не уменьшается, а растет. Возможно, этому способствовало глобальное изменение климата, другие природные факторы. Но с этим должны, прежде всего, разбираться ученые. Слава богу, метеослужбы во всем мире сегодня оснащены суперкомпьютерами и могут просчитывать движение тайфунов, циклонов. Жаль, что пока человечество не научилось с ними бороться – ведь энергия тайфуна сопоставима с энергией десятков ядерных взрывов. А вот предсказать можно. Мы за несколько дней знаем, что будет тайфун. Полностью предсказать последствия невозможно, так как он меняет направления движения и силу. Иногда он может зацепиться за фронт какой-то и вылиться дождями в совсем другом месте. А иногда бывает так, как случилось в прошлом году с «Лайонроком». Мы обсуждали вопросы борьбы с этими явлениями. Если бывают наводнения, то необходимо строить дамбы. Разработать системы предупреждения населения об этом, системы действия в режиме ЧС. 

– Вопрос такой. Как я знаю, вы обсуждали сотрудничество с японской компанией «Никкен Секкей ЛТД» и Фондом единого института развития в жилищной сфере. Подписан договор о развитии Владивостока на японских технологиях при участии японского капитала. Что собираются японские товарищи реализовать во Владивостоке?

– Сейчас намечено семь проектов. Напомню читателям, что это была идея премьер-министра Японии Синдзо Абэ, который на втором ВЭФ сказал о том, что Япония готова участвовать в развитии Владивостока. Мы с благодарностью приняли это предложение. Напомню, Токио был городом с огромным количеством пробок. При подготовке к Олимпиаде далекого 1964 года были приняты серьезные логистические решения. Тот, кто был в Токио, понимает, о чем я говорю. Это трехуровневые дороги, причем второй уровень – платный. Но человек имеет выбор: либо толкаться в пробках на земле, либо ехать быстро по хайвэю. Второе – комфортная городская среда. Этот проект касается развития Владивостокской агломерации. 

Мы с самого начала поставили задачу, что будем агломерацию развивать, сегодня это делает весь мир.

Нам федеральное правительство в этом году выделило 1,44 миллиарда (вместе с нашим софинансированием) на развитие безопасной транспортной инфраструктуры агломерации. Это большие деньги! Они будут выделяться каждый год под проекты в части комфортного города. Например, на создание рыбного рынка, о котором жители мечтают. Если бы городские власти нормально работали, этот рынок давно был бы сделан. Еще один проект — система «умных» светофоров и развитие дорожной инфраструктуры. Также мы вместе с японскими коллегами будем совершенствовать работу общественного транспорта.

– Вопрос про дороги является больным для Приморья, как и про мосты. Эти 1,5 миллиарда ежегодно на какие проекты будут тратиться? Есть ли уже перспектива?

– Да, есть целая программа, которая прошла общественные обсуждения. Недавно Дмитрий Анатольевич Медведев проводил большое совещание по этому поводу. Ваш покорный слуга тоже там докладывал. Эта программа рассчитана до 2020 года. Но то, о чем мы с вами говорим, касается владивостокской агломерации. Мы будем ремонтировать в 2017 году 700 объектов, которые будут сгруппированы в 24 лота. Конечно, мы в ремонте и строительстве дорог не ограничимся только ею. Мы и другие дороги будем ремонтировать и строить. Тайфун нанес дорожной сети серьезный урон.

– Давайте сейчас поговорим о проектах «Приморье-1» и «Приморье-2». Это про экономику, опять же. Расскажите о договоренностях с губернатором провинции Цзилинь насчёт совместной работы по транспортному коридору «Приморье-2». Есть подвижки?

– Два слова про «Приморье-1». Мы его строим вместе с нашими федеральными коллегами. Нам каждый год даются серьезные федеральные субсидии. Мы добавляем свои деньги. Это дорога краевого значения, очень востребованная, в частности Владивосток-Находка-порт Восточный. И от Владивостока в сторону госграницы. Там практически завершена реконструкция, осталось построить несколько километров. В этом году мы их закончим. В сторону Находки все сложнее. Мы эту дорогу решили делать по новой технологии: вместо асфальтобетона будет бетон. В августе прошлого года мы сдали первый участок – в обход Артема.

По сути, это настоящий хайвэй. Почему пошли на бетонную технологию? Все-таки надо переходить к более современным технологиям. У нынешних грузовых машин нагрузка на ось намного выше, чем та, которая была предусмотрена, когда наши дороги проектировали и строили, а это было в 50-60-е годы прошлого века. И основание дороги уже не выдерживает этих нагрузок. То же и с мостами. Поэтому, когда по этому несчастному мостику, который 50 лет назад был построен, проходит самосвал, зачастую перегруженный в два раза, то тот не выдерживает. Поэтому новую дорогу строим согласно требованиям к нагрузке. И это же относится и к мостам, которые по пути следования нужно будет построить. Это бетонная дорога. Она примерно в 1,5 раза дороже, чем асфальтобетонная, зато межремонтный интервал у нее гораздо больше – примерно 25 лет.

– Когда завершится строительство дороги Владивосток-Находка-порт Восточный порт?

– Мы сейчас закончили участок в районе интегрированного развлекательного курорта, начитаем строить участок до Большого Камня. Контракт уже подписан, дорожники к работам приступили. Этот этап закончится в 2020 году. Это большой объем работ. Нужно делать огромное количество искусственных сооружений: мостов, водопропускных труб. От более быстрого движения нас останавливает сложности с финансированием. То, что мы сейчас имеем, позволяет двигаться только такими темпами, о которых я сказал. Поэтому мы активно работаем с нашими коллегами из провинции Цзилинь по проекту «Приморье-2» и Хэйлунцзян по проекту «Приморье-1». Также мы начинаем работу по привлечению китайских инвестиций, инфраструктурных фондов. Конечно, это инвестиции возвратные.

Но если мы будем на эту дорогу брать банковский кредит в России по существующим ставкам, дорога будет «золотой». Мы не то что не окупим, а просто возвратность этих средств выйдет за 50 лет. Ни один российский банк вам такой кредит не даст, поэтому мы работаем с китайскими инфраструктурными фондами, которые выдают такого рода кредиты под 3-5% годовых. А это уже реальные ставки. Один из ключевых вопросов, который мы сейчас обсуждаем – фиксация курсовых рисков. Можно получить под 5%, а потом за счет курсовой разницы уйти в минус.

 

Чего еще ждать от ВЭФ?

– Скоро нас ожидает третий Восточный экономический форум. Что реализовано из договоренностей, которые достигнуты при первых двух?

– Проекты в разной степени реализации. На первом форуме мы подписали соглашений на 100 миллиардов рублей, на втором – уже на 200 миллиардов. Ну, тут даже не цифрами надо бравировать.

– А проектами?

– А проектами! Проекты самые разные. Это проекты, которые реализуются в ТОРах. И «Русагро Приморье», и «Мерси трейд», если говорить о сельскохозяйственных проектах.

– «Русагро» начали работать?

– Да, конечно. Они занимаются сейчас строительством фундаментов. Они должны построить 10 свинокомплексов на единовременное содержание 700 тысяч голов. «Мерси трейд» – шесть свинокомплексов на 540 тысяч голов. Мы за счет средств этих двух больших объектов увеличим производство свинины в 12 раз.

– Куда нам столько?

– Нам столько свинины, конечно, не нужно. Это экспортоориентированный проект. Кстати, все эти режимы свободного порта Владивосток и ТОР заточены на такие проекты. Рынок на Дальнем Востоке небольшой – живет 6,5 миллионов человек.

– В Россию ничего не поставишь – дорого!

– Нет. Если везти в Европейскую часть России, то логистика убьет экономику любого проекта. Если на всем Дальнем Востоке живет 6,5 миллионов человек, то в часе полета на самолете – 400 миллионов. Ни один город в мире, кроме китайских городов, не может похвастаться таким соседством. Вокруг Москвы живет, например, 100 миллионов человек. У нас серьезное конкурентное преимущество, которое надо умело использовать. И девальвация национальной валюты, конечно. С одной стороны, она больно бьет по карману населения. Но с другой стороны – она стимулирует экспорт. И нам надо этим инструментом пользоваться. Так, вам, наверное, известно, что одна из частей китайского иероглифа «кризис» означает новые возможности.

– А вот китайские товарищи готовы открывать рынок для нашей свинины и остальных товаров?

– Это всегда вопрос сложных переговоров, которые инвесторы ведут с участием коллег из Правительства РФ. Прогресс есть, иначе просто бы не стали вкладывать эти деньги. С осторожным оптимизмом скажу: думаю, что этот вопрос будет решен.

– Все-таки про ВЭФ. Что в этом году планируете предложить?

– Мы хотим на третьем ВЭФе сделать то, о чем вы задали вопрос –– продемонстрировать конкретные проекты инвесторов в разной стадии реализации. Почему это важно? Инвесторы из любой страны внимательно присматриваются к пионерам, к первопроходцам, которые сегодня уже зашли, которые уже рискуют своими деньгами. Это касается и российских инвесторов, и иностранных. Недавно у меня была встреча с бизнесвумен из Вьетнама, которая собирается молочное производство в Приморье развивать. Так вот, Тхай Хыонг поехала в Яковлевский район, всё прошла своими ногами. Потом мы говорили 1,5 часа. Она сейчас готовит бизнес-план, будет заходить с предложениями относительно инвестиций. Тхай Хыонг сказала: «Вы нам сделайте максимально благоприятный режим. Если у меня это все получится, тогда и другие инвесторы придут». И это понятная логика. Это же касается корейских инвестиций, японских или китайских.

– А что в вашем понимании режим максимального благоприятствования?

– Это то, что сейчас делается в ТОРах. Инвестору необходимы дороги, электричество, вода, канализация, газ. И ему нужен быстрый доступ к земле. А это все режим ТОР как раз и предусматривает. У нас же в стране среднее оформление земельного участка – 2 года. А здесь в новых режимах это занимает примерно месяц.

– Прогресс!

– Для этого эти режимы и делали. Мы, когда все это обсуждали, внимательно анализировали все недостатки, которые есть в российском земельном или градостроительном законодательстве. И лучший зарубежный опыт. Мы должны переманить инвесторов. Такие режимы есть в Корее, Японии и Китае. И мы с ними конкурируем за инвесторов. Все соглашения, которые на ВЭФ подписываются с российскими и иностранными партнерами, для нас очень важны. Мы не делаем разницу между ними. Просто иностранные инвестиции – это определенный маркер того, что мы – конкурентоспособны.

 

Малая авиация в Приморье

– А давайте-ка мы вас спросим про авиаперевозки, которые по вашей инициативе реализуются. Неслучайно опыт Приморья признан передовым в России с точки зрения внедрения этого проекта. И цены на самолет сопоставимы с ценами на автобусы…

– Ну, самолет все-таки чуть дороже. Может, на 30-40%. Но это намного комфортнее и быстрее. До Кавалерово часов 6-8 ехать на автобусе и чуть больше часа – на самолете. Это большая разница! DHC-6 – это 19-местный самолет, который оптимально подходит для наших условий. У нас средняя загрузка судна достигает 80%. Это хороший показатель. Почему цены такие доступные? Потому что мы купили технику в краевую собственность и отдали в эксплуатацию компании «Аврора». Она не несет эксплуатационных затрат. Мы сами обслуживаем эти самолеты. Мы максимально удешевляем операционные расходы. Кроме того, мы еще серьезно субсидируем эти перевозки.

Я изначально, когда мы открывали эти линии, сказал, что билеты должны быть доступными. Жители об этом должны знать. Реальная стоимость перевозки, конечно, выше. Вторая вещь – у нас сегодня действую 12 маршрутов. Мы каждый год вводим новые посадочные площадки. Например, в прошлом году в Преображении открывалась одна, построенная на условиях государственно-частного партнерства. В этом году будем строить площадку в Ольгинском районе. Хочу отметить, что каждый год идет работа по расширению маршрутной сети. И предмет личной гордости: мы сумели купить третий самолет, несмотря на кризисные явления в экономике. Теперь у нас их три, и мы можем увеличить частоту полетов в Кавалерово, Дальнегорск, Терней, Преображение, Дальнереченск. По нашим прогнозам, мы к 2020 году превзойдем советскую сетку внутрикраевых полетов.

 До Хабаровска теперь тоже летаем?

– У нас летом работает рейс из Кавалерово в Хабаровск. Летом много хабаровчан хотят отдохнуть в Приморье: либо пользуются пляжами Ольгинского и Лазовского районов, либо следующим транзитным рейсом летят во Владивосток и уже отдыхают в Хасанском районе или в Находке. А зимой мы этот маршрут отменяем.

– Какой пассажиропоток?

– В 2016 году мы перевезли более 30 тысяч.

 

Угольная пыль — не сон и не быль

– 2017 – это Год экологии. Приморье, с одной стороны, знаменито своей уникальной природой – есть на что посмотреть. С другой стороны, есть определенные экологические сложности. Какова ситуация сегодня в Находке? Там есть проблема с перевалкой угля открытым способом. С одной стороны, ситуация серьезная и ее необходимо решать. С другой стороны, это тот экспортный груз, который сегодня востребован. Как вы оцениваете положение? Как можно учесть интересы общественности и бизнеса?

– У меня есть очень простой тезис! Любой бизнес, который действует на территории края, не должен ухудшать качество жизни людей. Да, перевалка угля – важная вещь для Находки, прежде всего, потому то это портовый город. Я дважды касался плотно этой темы, имею в виду прошедшие совещания с участием стивидорных компаний, контрольно-надзорных органов, департаментов администрации края, органов города Находки. Я побывал на трех предприятиях. Проблема однозначно есть, и обостряется она зимой, когда меняется роза ветров и уголь становится особенно сухим.

И жители абсолютно правы, когда ставят перед властями этот вопрос. Я их в этой части полностью поддерживаю, и буду бороться за их интересы и права. Надо постараться достичь того компромисса, о котором вы сказали. Стивидоры к этому готовы. Они также готовы вкладывать деньги в специальные установки, которые орошают уголь. Другое дело, надо понимать, что на это требуется время. Мы будем это все серьезно контролировать. Вторая вещь, которую мы будем делать, – специальная система ежесекундного мониторинга состояния пыли в воздухе. Российское экологическое законодательство очень жесткое и с точки зрения штрафов за выбросы, за сверхнормативные выбросы. Но применяется оно пока недостаточно эффективно. Я спрашивал стивидоров: «Как часто контроль проводится?» – «Раз в квартал». Смешно! В это время, понятно, они никакую перевалку угля не осуществляют. Находят момент, когда нет пыли в воздухе и делают замеры. Это просто одурачивание населения. Система, которая будет внедрена, будет обязательно открытой, публичной. Все это будет в Интернете. Люди будут видеть, превышены санитарно-гигиенические нормы или нет. Также это будут видеть и контролирующие органы. Стивидор для себя уже будет принимать решение: либо штрафы плати, либо вкладывай денежки в природоохранные мероприятия.

– В России активно обсуждается вопрос о реализации госпрограммы по строительству мусороперерабатывающих заводов в крупных городах. Какие действия в регионе будут предприниматься с утилизацией мусора?

– К сожалению, это глобальная проблема, и существует она не только в нашей стране. Те меры, которые сейчас разработаны на уровне правительства, не дают полных ответов на вопрос, который вы задали. Каждый регион должен разработать территориальную схему сбора и переработки мусора. Соответствующие ведомства её разработали, но мне она не понравилась. То, что было предложено экспертной организацией, я отправил на доработку. По этой схеме Красноармейский и Пожарский районы должны везти мусор на полигон в Дальнереченск. Вы в это верите?

– Мусор «золотой» будет.

– Да никто его везти туда просто не будет. В ближайшем лесочке вывалят. Эта схема не годится. Надо не велосипед изобретать, а посмотреть, как эта проблема решена в Канаде, в Финляндии, таких же малонаселенных северных территориях, как наша.

– Во Владивостоке есть несколько речек: Первая, Вторая, Объяснения. На реке Объяснения офицеры стрелялись при царском режиме. На Второй и Первой рыба водилась. Сегодня там есть запрос у общества по очистке этих рек. Коллизия какая-то. Кто должен решать эту проблему: краевая администрация или городская?

– За водные объекты в море отвечает федерация, за речки на территории города отвечает край, а за мусор на территории города, который попадает в речку, отвечает город. Позиция городских властей долгие годы была такая: не наше! Будто они не понимают, что мусор образуется в городе и попадает туда из города. Сейчас есть очень внятная и жесткая позиция у Юрия Петровича Трутнева. Он дал поручения, которые предписывают всем заинтересованным сторонам сделать так, чтобы такого больше не происходило. Собирать бутылки сачками – детский сад! Давайте лучше сделаем так, чтобы эти пластиковые бутылки в море вообще не попадали. Это проще сделать, чем сачками вылавливать. Мы сейчас над этим работаем, понимание, как это сделать, у нас есть.

 

Гектар, ГЛОНАСС и Аустерлиц

– Ваша позиция в отношении установки приборов «ГЛОНАСС» на автомобили ясна. Вы выступили в защиту автовладельцев. Ваш прогноз развития ситуации в дальнейшем? Стоит ли вообще ставить на подержанные японские иномарки?

– Уже есть закон, который предписывает это делать. Я считаю его правильным. Это моя позиция и как губернатора, и как гражданина. Это повышает безопасность. Это все равно, что задавать вопрос – пристегиваться или не пристегиваться ремнями безопасности. Я пристегиваюсь всегда обязательно. Если человек сознательно не соблюдает правила дорожного движения, то он нарушает закон. И подвергает опасности не только свою жизнь, но и жизнь пассажиров. Поэтому «ЭРА-ГЛОНАСС» – серьезный шаг с точки зрения безопасности. Уже есть несколько случаев в Приморье, когда эта система помогла спасти жизнь. Она срабатывала, экстренные службы реагировали. Но в тоже время надо создать для людей комфортные условия, сервис – где купить, где поставить. Были определенные недоработки в нормативной документации. Но федеральное правительство моментально откликнулось. Юрий Петрович Трутнев и Дмитрий Олегович Рогозин сделали необходимые указания, и нормативно-правовые документы в короткий срок были изданы. Сейчас эти устройства завозятся в Приморье. Производители выходят на необходимые мощности. Уже есть 12 установщиков. Через месяц мы о ней забудем.

И автомобильное сообщество с пониманием отнеслось к нашим усилиям, и проблемы в таком остром виде, каком она была еще недавно, сейчас не существует.

– Та же самая федеральная инициатива о дальневосточном гектаре. Революция, о которой говорили большевики, свершилась. Вместе с тем люди часто говорят о том, что сложно получить этот гектар в силу непроработанной нормативно-правовой базы. Скажите, сколько человек получило этот заветный гектар в крае? И когда же будут решены проблемы с неправильной разметкой и кадастровым учетом?

– На сегодняшний день 2600 договоров уже заключено. 900 – в стадии доработки. Мы, по сути, совершаем революцию в земельном и лесном законодательстве. Сегодня в стране, чтобы получить земельный участок, нужно ждать в среднем два года. В Москве – три года. У нас сейчас пока 53 дня при нормативе 40 дней. Естественно, наша задача – выйти на норматив 30 дней. А, может, и снизить эти сроки. Мы совершили революцию в хорошем смысле этого слова. Ни в одном больше регионе России за 53 дня участок получить невозможно.

– Даже в Якутии нельзя?

– 53 дня – это средний по Дальнему Востоку. Есть, конечно, и определенные шероховатости, связанные с работой федеральной информационной системой ДальнийВосток.ру, и с режимом охотугодий. Сейчас на них по закону нельзя предоставлять участки. Но в течение 1-1,5 месяцев Госдума внесет изменения в закон, которые разрешат предоставлять земельные участки в охотугодиях. За исключением мест, где стоят охотничьи домики или вышки.

– Ну вот получил гектар, что он с ним делать?

– Каждый сам решает, что будет делать. Кто-то дом хочет построить, кто-то – дом отдыха, кто-то – пчел разводить или производство создать. Срок действия закона небольшой – полгода. А для всей страны он начал действовать с 1 февраля всего.

– Давайте перейдем немного к личным вопросам для украшения нашей сугубо серьезной беседы. Вы вообще хотели быть Губернатором?

– Слово «хотел» в данном случае неприменимо! Я точно об этом не думал. Для меня это было неожиданное предложение. Но Президент предложил, и я согласился. Я – человек командный!

– Не пожалели?

– Ни в коем случае! Хотя это очень непростая работа. Я не знаю, как она смотрится с внешней стороны. Может, кто-то думает, что она такая привлекательная. Увы, это не так. Ты отвечаешь за почти два миллиона человек, ты отвечаешь за социальные объекты, за будущее приморцев, за будущее детей и внуков, за развитие края. Я взял на себя ответственность, и я не жалею об этом. Несу этот груз, надеюсь, что достойно. Но это пусть лучше оценят приморцы.

– Перелеты, поездки, рабочий день длительный. Как разгружаетесь?

– Я довольно стрессоустойчивый человек. Годы работы на разных ответственных должностях: замминистра образования, ректор ДВФУ, а сейчас уже более пяти лет Губернатором – позволяют мне ко многим неприятным вещам, которые случаются, относиться философски. Если все это тяжким грузом на сердце класть, то лучше не работать. Но я в этом смысле умею собственный психотренинг проводить. Безусловно, отдых случается нечасто. Стараюсь два раза в год хотя бы по неделе брать отпуск. Провожу его всегда с супругой. И если это удается, из двух выходных половинку воскресенья выкроить, чтобы тоже можно было отдохнуть. Больше не получается.

– Отдыхаете с книжкой?

– По-разному. Иногда с книжкой. Иногда это просто смена занятий. Это тоже отдых. Летом люблю на аквабайке прокатиться. Иногда с женой ходим в театр или выбираемся куда-то на природу. Думаю, как и все нормальные люди, вряд ли чем-то отличаюсь.

– Обычно люди помнят себя с 3-4 лет. У вас какое самое яркое впечатление из детства?

– Их несколько. Одно и впечатлений – когда жили в Навои, в Узбекистане. Отец ведет меня, наверное, в детский сад, он идет быстро… Он высоким был человеком и быстро ходил. А я – маленький. Я за ним не успеваю, почти бегу. И второе яркое впечатление: у нас была, к сожалению, недолгое время собака — боксер Ника. Щенок еще. И мы с ней ходили гулять по территории пустыря – а там паслись ишаки. Собака жутко боялась ишака и пряталась за папины ноги. Но из-за ног умудрялась на этого ишака тявкать.

– Какая книга оставила неизгладимый след в жизни?

– Я недавно с суворовцами встречался и сказал, что читать сегодня приходится все больше профессиональную литературу. Но если говорить о книге, которая в детстве наиболее яркое впечатление оставила, то назвал бы два произведения. Первое — «Война и мир». Есть книги, которые вроде бы входят в школьную программу, но их потом надо перечитывать. Я не хочу сказать, что «Войну и мир» в школе рано читать. Но ее надо перечитать. Лев Николаевич Толстой ее писал отнюдь не в юном возрасте. Конечно, когда ты ее перечитываешь впоследствии, то совершенно по-другому воспринимаешь. И Хемингуэй, «Старик и море». Сильнейшее произведение! Я тоже иногда его перечитываю.

– У нас на прошлом интервью вы замечательный отрывок из стихотворения прочитали. Это был Маяковский. Может, мы сегодня завершим цитатой из «Войны и мира» и «Человека и море»?

– Скажу о том, как Лев Толстой описывает битву под Аустерлицем. Это философская вещь, которую сложно понять в восьмом классе. Когда Кутузов сидел и наблюдал за движением войск и не давал никаких команд, потому что понимал, что все, что можно было сделать, он уже сделал. В восьмом классе этот момент был непонятен для меня. То есть как это – сидеть и ничего не делать?! А сейчас я понимаю, что есть ситуации в жизни, когда ты уже своими действиями и командами можешь только помешать.

– У Губернатора Миклушевского уже были свои большие битвы или они еще впереди?

– Ну, в этом смысле у меня каждый день непростой, каждый день большими битвами занимаюсь в хорошем смысле слова. Вместе с командой мы решаем проблемы. Это каждый раз новые вызовы. Какие-то удается решать, и мне за них не стыдно, я ими горжусь. Какие-то пока не удалось решить. Но вы же меня, Виктор, давно меня знаете, еще с ДВФУ. Я человек упрямый и упорный.

– На какой стороне хотелось бы оказаться в этой битве: Андрей или император?

– Битвы – это виртуальная история, в которой победителей и побежденных нет. Есть только выигравшие, а выигравшие – это приморцы. Мы же ни с кем не воюем. Мы воюем с обстоятельствами, с ситуациями, с негативными проявлениями какой-то системы.

– Иногда с самим собой…

– Да, иногда сами с собой. Это, как известно, самые сложные битвы.

– Спасибо большое!